В Калинковичах ищут захоронения красноармейцев

Известное высказывание «Войну нельзя считать оконченной, пока не предан земле прах последнего из участвовавших в ней солдата» всплывает в памяти всякий раз, когда поисковики находят новые подтверждения о погибших на полях сражений. Каждый из сложивших голову в борьбе с фашизмом достоин памяти потомков, достоин того, чтобы имя его было известным, а останки захоронены.

При освобождении Калинковичского района от немецко-фашистских захватчиков погибли свыше 13700 советских воинов. 15 из них посмертно удостоились звезды Героя Советского Союза. Их имена носят улицы, их подвиг описан в литературе, а на главной площади города их навечно молодые лица смотрят на нас с мраморного монумента. В 56 братских могилах на калинковичской земле покоятся останки советских воинов. Фамилии погибших начертаны на мраморных плитах, почтить их память приходят благодарные потомки.

Но, к сожалению,  немало и тех, чьи захоронения до сих пор не обнаружены. Среди них  Егор Клюй (1914 г.р.), рядовой 321-го стрелкового полка 15-й стрелковой дивизии 65-й армии генерала П.И. Батова.

«Егор Дмитриевич Клюй, уроженец села Рейматоровка Холминского района Черниговской области, призван в РККА Менским райвоенкоматом Менского района Черниговской области Украинской ССР в 1939г. Погиб 9 января 1944 года, был захоронен на восточной окраине хутора Умочки Васильковского района Полесской области» — это все сведения об этом солдате, которые получили по военно-полевой почте его близкие. Имея лишь такую скупую информацию, по просьбе родственников рядового Клюя, год назад принялись за дело члены калинковичского подразделения «Поиск» областного военно-патриотического клуба «Честь». В составе «Поиска» четыре человека, настоящих энтузиаста, которые занимаются установлением личностей неизвестных доселе освободителей Калинковичского района, их захоронений. Руководитель организации Евгений Сергиенко, его брат Виктор, Петр Рубаник и Сергей Борсук неоднократно выезжали и проводили поисковые мероприятия  на территории Горочичского сельского Совета, где до войны находился хутор Умочки. Читатель наверняка заметил, что выше было указано место гибели рядового Клюя — Васильковский район Полесской области. С областью тут все понятно: в 50-е годы Полесская область вошла в состав Гомельской. А вот что это за Васильковский район? Оказалось, что в «похоронке», полученной женой красноармейца, название района было неправильно указано (в действительности — Василевичский район, территория которого со временем вошла в Калинковичский район), и началась путаница. Искать хутор Умочки сегодня все равно, что искать исчезнувшую под водой Атлантиду. Хутора давно нет, на его предполагаемом месте — дремучий лес. Следопыты из «Поиска» нашли в интернете топографическую карту данной местности, согласно которой и вели ориентировку. Но по той карте можно лишь приблизительно определить, где находился хутор — в нескольких сотнях метров от деревни Передельное.

—Сложность в том, что территория поиска весьма обширна — несколько километров, — отметил Евгений Сергиенко. — Точно известно, что всего на восточной окраине Умочек было захоронено семь бойцов-красноармейцев. Можно предположить, что они лежат в одной могиле, ведь зимы тогда были суровые, не чета нынешним, и в январе земля была мерзлая, твердая как камень. Копать каждому могилу, когда стояла задача побыстрее освободить Калинковичи — нецелесообразно. Тщательное обследование местности, а ее мы прошли с металлодетектором вдоль и поперек, беседы со старожилами, очевидцами тех событий, результата пока не дали. Житель д. Рудница Николай Мельников обещал показать точное место захоронения, но по состоянию здоровья не смог выехать в лес, а вскоре умер. Свидетельства очевидцев тех далеких событий разнятся, некоторые из них уже уходят в мир иной. А молодое поколение, естественно, ничего конкретного сказать не может. Старожилы утверждают, что сразу после войны из разрозненных могил останки погибших воинов были перенесены в одну  братскую могилу в д. Горочичи. Но там, на мемориальных плитах, фамилий этих семи красноармейцев нет. Значит, их не перезахоронили. Либо по каким-то причинам не нанесли фамилии. В районе поиска нам удалось найти могилу, но позже выяснилось, что это одиночная могила красноармейца Николая Новикова, которого среди этих семерых нет. Очевидно, к работе следует подключить профессиональных поисковиков с более совершенными, чем у нас, поисковыми приборами. Однако и мы поиски не прекратим, а будем их вести до последнего.

—   Захоронения красноармейцев по какой-то причине не наносились на топографические карты того времени, — подключился к разговору Петр Рубаник. — иначе наша задача была бы значительно упрощена. Облегчила бы поиск и находка какого-либо материального свидетельства на месте события. Скажем, личной вещи красноармейца, гильзы и пр. Может, мы даже и прошли по месту захоронения, но определить этого не смогли.

Очередная попытка «Поиском» была предпринята 14 августа с.г. В тот день к месту гибели рядового Клюя прибыли из Гомеля его родственники — внучка Вера и правнук Артем Михеевы. Вместе с членами клуба они шаг за шагом исследовали местность, но несколько часов хождения с картой, компасом, металлодетектором и железным щупом по густым и влажным лесным зарослям, к сожалению, желаемого результата не принесли.

—   Не беда,- говорят гости из Гомеля, – мы увидели хоть приблизительное место, где погиб наш дедушка и прадедушка. Ведь наша родня ищет его могилу уже очень давно. Пытались найти тех бойцов (или их родственников), кто воевал вместе с ним, обращались в военный архив в  г. Подольск. Но из-за неправильно указанного в «похоронке» адреса, мы получали неверные сведения.

Вера Михеева сообщила, что поиски деда она активизировала после переезда на жительство к мужу в Гомель, 27 лет назад. Проживая здесь, узнала точный адрес, где  погиб дед,  смогла выйти на организацию «Поиск». Хотя их работа пока не принесла плодов, Вера очень благодарна членам организации за труды, за почитание памяти погибших красноармейцев. Осенью она планирует привести к месту гибели дедушки свою маму и старшую дочь Егора Клюя Александру. «Когда дедушка уходил на фронт, ей было всего пять лет,  посетить его могилу  давнее желание моей мамы», — добавила Вера.

—   Известны ли вам обстоятельства гибели дедушки? — поинтересовался я у нее.

—   Односельчанин, который вместе с ним воевал, рассказывал, что дедушка был пулеметчиком, в бою получил смертельное ранение в голову.

—   Найти точное место захоронения дедушки — дело чести для вашей семьи?

—   Хочется поклониться ему до земли и поблагодарить за подвиг, за мир, за спасенные жизни потомков.

При расставании мне подумалось: «А разве не в том ли долг каждого из нас – потомков солдат Великой Отечественной войны — сохранить о них память и быть безмерно благодарными за счастье жить под мирным небом? Ведь давно подмечено: каждый человек жив, пока жива о нем память. И это не пустые, красивые слова».

*        *        *

К читателям газеты хочется обратиться с просьбой: если вам известны какие-нибудь сведения о хуторе Умочки, о захоронениях, которые могли быть на его территории, сообщите об этом руководителю «Поиска» Евгению Сергиенко по тел. 8(029)7311273.

Сергей САКОВИЧ.

На снимке: Евгений Сергиенко показывает на карте предполагаемое место захоронения красноармейца Клюя его родственникам.

Фото автора.