ШЕСТИЧАСОВОЙ РАБОЧИЙ ДЕНЬ: ФАНТАЗИЯ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ?

В 1897 году в Российской империи был принят закон об ограничении рабочего времени. Так, устанавливалась максимальная продолжительность рабочего дня в одиннадцать с половиной часов. А в субботу и предпраздничные дни – десять. Остаётся только догадываться, какой график существовал на заводах и фабриках прежде. Хотя если верить современным историкам, то рабочим при «клятом царизме» жилось не так уж и плохо. Но вкалывать десять часов даже по субботам вряд ли кому-то нравилось. Поэтому не случайно один из первых декретов советской власти устанавливал привычный нам восьмичасовой рабочий день. Сохранялся он даже во время Великой Отечественной (во всяком случае, формально).
Но по нынешним временам даже восемь часов кажутся чрезмерной платой за хлеб насущный. Ведь с утра на сборы и дорогу тратишь минимум час-полтора. А вечером пока в магазин сходишь, пока до квартиры дотащишься – ещё столько же. В итоге из жизни вычёркивается не восемь, а все десять часов. Если не больше. И даже в выходные нет покоя: приходится заниматься бытом. Т.е. на собственно отдых и общение с семьёй остаётся не время, а сущая ерунда. Неужели в начале двадцать первого века, в эпоху нанотехнологий и палок для селфи, нельзя что-нибудь придумать? Чтобы зарплата была побольше, а рабочий день – покороче.
На первый взгляд, наивные мечты из разряда «по щучьему велению, по моему хотению». Наоборот: нам сейчас говорят, что надо повышать производительность труда, т.е. больше работать. Однако вот скандинавы с этим делом экспериментируют. Так, некоторые шведские компании переводят сотрудников на шестичасовой рабочий день с сохранением прежней зарплаты. Причём утверждают, что производительность труда от этого только растёт. Мол, люди меньше подвергаются стрессу и реже берут больничные. Но есть один нюанс: пользоваться мобильником или интернетом на работе разрешается исключительно в служебных целях…
На самом деле в рабочее время мы занимаемся кучей вещей, которые к непосредственно работе имеют самое отдалённое отношение. Было бы интересно провести эксперимент и поставить таймер с кнопочкой. Чтобы засекать «чистое» рабочее время, проведённое за решением возложенных на тебя задач. Без учёта ковыряний в носу, перекуров, дружеского трёпа с коллегами «о птичках», переписок в соцсетях, звонков жене и от жены, питья кофе, поиска в интернете зимней «резины» и прочих важных дел. Отлучки по естественным надобностям учитывать не будем, поскольку это неизбежный технологический простой. Перерыв на обед тоже, поскольку он законом предусмотрен.
И весьма вероятно, что после подсчёта мы получим неожиданные для себя результаты. Например, окажется, что на решение рабочих вопросов тратится даже не шесть часов в день, а ещё меньше. А остальные где-то незаметно теряются. И если устранить «утечку» времени, то шестичасовой рабочий день – не такая уж и фантастика. Конечно, не стоит стричь всех под одну гребёнку. Интенсивность труда зависит от многих условий. Можно и в офисе пускать дым из ушей от напряжения, а на производстве – полдня закручивать одну гайку. Но важные рабочие вопросы люди почему-то стараются решать в первой половине дня. Особенно если надо взаимодействовать с другими учреждениями и организациями. Лично я большинство звонков «по делу» получаю именно до обеда. И совсем немного – после. А, например, во вторую половину пятницы даже у меня не поднимается рука кого-нибудь побеспокоить. Так как невольно представляешь себе на другом конце провода такого же человека, как и ты, нетерпеливо посматривающего на часы.
То есть теоретически изыскать резервы для сокращения рабочего дня можно. Но для этого надо пересмотреть организацию труда. Допустим, некий абстрактный человек подметает улицу. И на уборку ему официально отводится некоторое время. Предположим, у этого человека большой стаж работы, и подмести свой участок он может гораздо быстрее. Но не делает этого. Потому как работодатель тогда сочтёт, что человек мало работает. И отправит подметать ещё и соседнюю улицу. Причём за те же деньги. Вот и приходится создавать иллюзию бурной деятельности. Почему бы тогда официально не позволить ему мести столько, сколько объективно необходимо? И если мусора мало – уходить раньше. А если листьев нападало или снега навалило – мести до полной победы. Ведь нет ничего хуже, чем просто отсиживать часы на работе, если работы как таковой нет.
Это, конечно, образный пример. Но готовы ли мы сами «мести» интенсивнее? Недавно прочёл в интернете историю о женщине, которая из Беларуси когда-то поехала на заработки в Израиль. Устроилась на завод по производству мясных изделий. Оказалось, что отойти от конвейера там можно раз в два часа на пятнадцать минут. Чтобы дух перевести и сбегать куда надо. Плюс перерыв на обед. И на рабочем месте не «пофилонишь» - сплошь видеокамеры стоят. Условия просто невыносимые для нашей широкой славянской души. Впрочем, душа – понятие сложное и неопределённое. А вот психология – штука более конкретная. Можно рабочий день хоть четырёхчасовой сделать. Но всё равно за час-полтора до «времени икс» будет угасать всякое желание трудиться. Ведь от мысли, что «мне скоро домой», никак не отделаешься. Это вообще свойство человеческой натуры. Помню, в одном британском фильме работники ночного супермаркета даже заклеивали циферблаты часов непрозрачной плёнкой. Чтобы не сходить с ума в ожидании конца смены и не отвлекаться.
Есть, правда, и другой резерв для сокращения рабочего дня. Можно, например, уменьшить отпуска и поднять пенсионный возраст. Но последний вопрос очень болезненный и спорный. Поэтому в ближайшие годы шестичасовой рабочий день нам вряд ли светит. Тяжело ломать привычки, сформированные десятилетиями. Даже если эта «ломка» даст нам несколько драгоценных часов для жизни в своё удовольствие.
Григорий Алейников.