Игорь Билибуха: «Люди в погонах понимают свое предназначение»

На очереди - дело о мздоимцах в милицейских погонах

С 22 сентября прошлого года вступил в силу Закон Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь по вопросам подсудности дел военным судам». Пресловутые сто дней проработали в новом режиме военные суды. О сути изменений, о том, как работается в новых условиях, рассказывает читателям «Вечерки» председатель Брестского межгарнизонного военного суда полковник юстиции Игорь Билибуха.

– Как и суды гражданские, военные суды работают в двух, скажем так, юридических плоскостях. Это Гражданский процессуальный кодекс и Уголовно-процессуальный кодекс Республики Беларусь. Что касается Гражданского кодекса, если ранее мы разбирали спорные вопросы правоотношений исключительно в подразделениях и организациях Министерства обороны, то сегодня кроме дел, возникающих из служебных правоотношений военнослужащих, мы рассматриваем дела лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел, Следственного комитета, органов финансовых расследований Комитета госконтроля, подразделений МЧС, прокурорских работников, должностных лиц таможни.

Теперь военным судам подсудны гражданские дела, связанные с призывом граждан на военную службу, службу в резерве, военные и специальные сборы. И следует заметить, что два раза в год, после окончания призывной кампании, зимой и летом, таких дел у нас довольно много. Вот и сейчас как раз период активного рассмотрения дел по фактам уклонения от мероприятий по призыву на военную службу.

Что касается подсудности военным судам уголовных дел, рассмотрение которых регламентирует Уголовно-процессуальный кодекс республики, тут тоже перечень субъектов расширен в таком же диапазоне, как и в Гражданском процессуальном кодексе. Перед нашим судом могут предстать как военнослужащие, так и иные представители силового блока страны – от сержанта милиции до прокурора. За одним исключением: если должностное лицо из числа гражданского персонала Вооруженных сил совершает преступление, не связанное со службой, например убийство на бытовой почве, уголовное дело будет подсудно не военному, а районному либо городскому суду.

Если говорить о чисто военной преступности, то здесь у нас ситуация более или менее благополучная. Неуставные отношения практически исчезли из нашей практики. Одно дело недавно возбуждено, но до суда мы не можем однозначно утверждать, что факт имел место. После недавних громких дел затишье мы наблюдаем и на границе. Работники органов внутренних дел иногда подкидывают работу. Недавно рассмотрели дело прапорщика из столичного управления Департамента охраны, который на протяжении длительного времени совершал развратные действия с несовершеннолетней падчерицей.

Предстал перед судом подполковник милиции, начальник отдела уголовного розыска, который совершил дорожно-транспортное происшествие с тяжелыми последствиями: сбил супружескую пару, мужчина погиб. На очереди – дело о мздоимцах в милицейских погонах.

Работы военным судам прибавилось, но нельзя сказать, что нас прямо-таки завалили делами. Все-таки в основной массе люди в погонах понимают свое предназначение и роль в поддержании порядка и законности в государстве. Поэтому структурный состав военного суда не поменялся: председатель суда, который тоже участвует в рассмотрении дел, и два судьи с помощниками. В связи с возросшей значимостью военного судьи теперь он носит звание «подполковник юстиции», раньше был майором. В силу нашей, так сказать, межгарнизонности судьям приходится много разъезжать по командировкам. Согласитесь, проще выехать судье на место, нежели везти в Брест обвиняемых, свидетелей, потерпевших. Но ничего не поделаешь – служба такая.