Белорусский ковбой, или Как живется пастуху-староверу на Браславских озерах (ФОТО)

Пастух Николай Короткин за свои 46 лет был в Минске два раза. И то проездом. Живет с женой на хуторе: в город, а особенно в столицу, его никогда не тянуло.

Николай Короткин работает в местном хозяйстве в Браславском районе с 1990 года, пишет 23 сентября tut.by. Последние годы пасет телок на лошади. Суть труда пастуха в том, чтобы следить за телками. Важно, чтобы они не лезли на земли и в сады людей, не отбились от стада.

– Прууууууу! – кричит он лошади Каштанке и останавливается в трех метрах от нас. За спиной белорусского ковбоя 399 колхозных телок и, кажется, бескрайние просторы Браславского района.

Николай Короткин – пастух, но делает свое дело на лошади. В хозяйстве «Березовый край» в Браславском районе, где он работает, в этом не видят ничего особенного. Большие гурты так проще контролировать: если коровы отбиваются от стада и движутся в сторону людских садов, пастуху на лошади их догнать и развернуть удается быстрее.

Впервые Николай оседлал лошадь в детстве: дядька попросил отвезти ее в загон.

– У мяне і дзеўкі на кані ездзяць, – говорит он о дочерях и объясняет нам, что в езде на лошади нет ничего сложного. – Самі папробуйце!

После школы у Николая началась простая жизнь: учеба на тракториста, армия, работа в колхозе

Рабочий день у пастуха начинается в 8.00 утра, заканчивается в 20.00 вечера. Два дня работы, один – отдыха. В выходные пастух ходит за грибами, на рыбалку, занимается огородом. Хозяйства нет: от коров и коз отказался.

Обед на работе начинается тогда, когда коровы наедятся травы и улягутся. Тогда и пастуху можно достать ссобойку. В ней сегодня вода, хлеб, сало и кусок копченой колбасы.

Николай Короткин – старовер. В их регионе – это не редкость. Недалеко от его хутора есть молельная, куда он иногда ходит

Родился он в деревне Скуталишки, в ней и живет. Правда, если в его детстве там было в районе десятка домов, а летом собиралось у бабушек и дедушек около десяти детей, то сейчас он там один с женой. Вокруг – покосившиеся и заросшие бурьяном дома. Одни местные жители умерли, другие уехали. Обе дочери Николая уже замужем и живут в соседних деревнях.

– Что в том городе? – спрашивает он нас. – Як прыедзеш, не павярнуцца. А тут выйшаў – і ляжы на прыродзе.

Николай и Анна Короткины. Николай с будущей женой познакомился в начале 90-х годов. Она приехала из Украины в Беларусь на сельхозработы

Хутор Скуталишки находится вблизи границы с Латвией и Литвой. Из дома, а точнее с горы, Николая видна Игналинская АЭС.

Весь род Николая из Скуталишек. Про своего деда знает, что у него было 50 гектаров земли. Еще в биографии фигурирует ссылка в Сибирь. Правда, за что сослали, Николай не в курсе. Вроде бы дед кого-то прятал у себя. От него в доме осталась икона. Она до сих пор висит на углу.

Местные рассказывают, что мужчины-староверы, как правило, ходят с бородой. Николай же отмечает, что сегодня это необязательно

Все в семье Короткиных, кроме матери Николая, его жены и одной из дочерей, – староверы. В народе их называют «москалями». Во время молитвы староверы кланяются до земли, крестятся двумя перстами, а не тремя, как сегодня принято в православии.

Староверы в XVII веке пришли в Беларусь из России, спасаясь от преследований. Тогда некоторые постулаты православной церкви изменились. Те, кто хотел чтить старые традиции, бежали.

– Москаль у молельную ходит, православный – в церковь. Праздники религиозные такие же, – объясняет он отличия. – В деревне нашей почти все были москали. И дочку одну в бочке макал (у староверов детей крестят, окуная в бочку. – TUT.BY).

Дом у семьи Короткиных больше ста лет. Его когда-то построил дядька Николая. Потолки здесь низкие – при росте в 164 сантиметра, кажется, что их почти касаешься головой

Во дворе около дома семьи Короткиных пахнет сливами и яблоками. Около входа растет грецкий орех. Кто его посадил, ни Николай, ни его жена Анна, не знают, но плодоносит дерево регулярно.

Анна Короткина родом из Закарпатья в Украине. В Беларусь она приехала в 1991 году убирать лен и свеклу. Шла с подругами на танцы в местный клуб и на мосту встретила Николая.

– Он кричал, у кого есть курить. Сколько жить буду – вечно буду вспоминать, – рассказывает Анна, как познакомилась с мужем. – Все с этого и началось. Так и живем бок о бок больше 20 лет.

Автобус на хутор не ходит. Также здесь нет магазина, но регулярно приезжает автолавка. Купить продукты можно в соседнем агрогородке

Анна – инвалид второй группы, всю жизнь была дома на хозяйстве, воспитывала детей. Сегодня ее пенсия «один миллион рублей с копейками», зарплату Николаю платят частями: «что-то на магазин дадут, что-то деньгами».

– Три миллиона получается заработать?

– Это если сразу дадут, – говорит Николай.

– Что эти деньги? Неважно это. Важно, чтобы мир был у хате и согласие, – делится философией жизни Анна.

Сегодня их дом окутан запахом грибов. Николай вчера насобирал подосиновиков, Анна решила их отварить и заморозить.

Семья на судьбу не сетует. Говорят, все у них хорошо.

Лошадь Каштанку в семье пастуха считают членом семьи. На ней Николай работает первый год

– Что главное в жизни? – переспрашивает Николай и смотрит куда-то в даль. – Главное, детей было вырастить. Пока дочка одна в Витебске на ветеринара училась, ей надо было помочь. Теперь вот уже надо внукам помогать.

И Николай, и Анна не задают себе сложных вопросов и не ищут на них витиеватых ответов. Они живут простой жизнью на хуторе посреди Браславских озер, болот и лесов.

– Вы ковбой? – спрашиваем на прощание у Николая.

– Я пастух… Далеко мне до ковбоя, – разворачивает он лошадь в сторону поля с телятами.

По материалам tut.by