Что в Могилеве напоминает о жизни последнего российского императора Николая II | Могилёвский областной исполнительный комитет

15 марта (по новому стилю) 1917 года, последний российский император Николай II отрекся от трона. Манифест об отречении он подписал в Пскове. А выехал туда Николай поездом из Могилева, в Могилев же и вернулся — уже простым полковником Романовым…

Что сегодня в городе напоминает о жизни российского самодержца? Из материальных свидетельств того времени — разве что некоторые сохранившиеся здания.

К слову, недавно в Могилеве во время проведения работ по газификации храма Святых Царственных мучеников и всех новомучеников и исповедников XX века на территории бывшего парка им.Горького мини-экскаватор прокладывал траншею для трубы. Сотрудники Могилевского областного краеведческого музея им. Е.Романова, поинтересовавшись раскопом в исторической части замчища, обратили внимание на крупный металлический предмет. Находка оказалась боковой ножкой парковой скамьи, вероятно дореволюционного происхождения. Как уверяют знатоки истории, на известной фотографии императора Николая Второго императрицы Александры Федоровны с цесаревичем Алексеем в могилевском парке, сделанной во время нахождения в губернском центре Ставки Верховного Главнокомандующего, они запечатлены сидящими на скамье с идентичной деталью.

Последние полтора года существования Российской империи Могилев был, по сути, ее военной столицей. Здесь в 1915—1917 годах располагалась Ставка Верховного главнокомандующего, постоянно жил сам Николай II и время от времени — члены его семьи.

В областном краеведческом музее выставлены копии архивных документов и фотографии, газеты и журналы, в которых отображены жизнь и настроения, царившие в Могилевской ставке. На видном месте экспозиции, посвященной событиям Первой мировой войны, копия приказа царя, датированного 23 августа 1915 года: «Сего числа я принял на себя предводительствование всеми сухопутными и морскими вооруженными силами, находящимися на театре военных действий — с твердою верою в милость божью и с непоколебимой уверенностью в конечной победе. Будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца и не посрамим земли русской».

«Летом 1915 года ситуация на фронте складывалась неблагоприятно, — рассказывает старший научный сотрудник музея Людмила Томчик. — Русские войска оставили Польшу, Литву и западную часть Беларуси. Тогдашний Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич решил перенести Ставку из Баранович в Могилев. И в это критическое время император принял верховное командование на себя — казалось бы, безнадежное отступление остановилось. До сих пор, кстати, слабо изучена его роль в командовании армией в первой мировой войне. Николай II не мнил из себя военного стратега, но был по-европейски образованным офицером, любил военное дело. Своим ближайшим сотрудником, начальником Генштаба и фактическим главнокомандующим он пригласил генерала Алексеева, который только что благополучно вывел восемь армий из угрожающего им окружения. При обсуждении фронтовых операций император давал возможность высказаться каждому из военных специалистов, в результате вырабатывались верные решения. Вскоре удалось стабилизировать фронт…».

Вот фотография Николая, где он обсуждает с военачальниками план Брусиловского прорыва 1 апреля 1916 года. Кстати, большинство снимков в музее — фотокопии из журнала «Летопись войны 1914—1917 годов», который выходил в то время еженедельно. В музейном запаснике хранится около 200 номеров этой редкой хроники.

Да и само здание музея на Советской (бывшей Губернаторской) площади хранит ауру тех лет… Здесь размещались управления дежурного генерала, начальник военных путей сообщения, военно-морское управление. А вот дом губернатора, где жил царь, не сохранился: на этом месте (ирония судьбы!) — мемориальный комплекс «Борцам за Советскую власть». В этнографическом музее (филиале краеведческого) есть картины, написанные в начале 1917 года художником Иваном Дряпаченко, с изображением кабинета, в котором работал Николай II, столовой…

«О губернаторском доме император писал жене: «Здание старое, но вполне удобное, с садиком и очаровательным видом на Днепр и далекую окрестность — положительно Киев в миниатюре», — рассказывает Людмила Томчик.

С приездом в Ставку императора светская жизнь тихого Могилева забурлила. Сюда прибыло до 3 тысяч генералов и офицеров — цвет российской армии, зарубежные военные представители. По Днепровскому проспекту и Большой Садовой прогуливались офицеры с нарядными дамами. Часто видели могилевчане на улицах и императора, цесаревича, царских дочерей, которые любили заходить в местные галантерейные магазины. Ежедневно был заполнен театр — до сих пор одну ложу там называют «царской».

Николай ІІ с семьей наряду с другими храмами посещал Свято-Никольскую церковь недалеко от Днепра (ныне здесь женский монастырь). В апреле 1916 года туда проложили асфальтовую дорожку от дома губернатора — за личные средства царя.

Много лет спустя, когда в московском храме Христа Спасителя совершалась канонизация членов императорской семьи, в Могилеве, в старом здании на Пионерской, нашли парадный портрет императора Николая II в полный рост. По просьбе управляющего Могилевской епархией владыки Максима портрет перенесли в Свято-Никольский монастырь. Его и сегодня можно видеть на левом клиросе монастырской церкви. Хранится там и еще одна реликвия — 5-рублевая дореволюционная монета. Ее принес в монастырь местный житель Семен Халипов — когда он был маленьким, император заговорил с ним в храме, и узнав, что отец мальчишки погиб на фронте, дал ему золотой пятирублевик…

Еще одна достопримечательность — бронзовый бюст Николая II, подаренный Могилеву руководством управы района Соколиная гора Восточного административного округа Москвы, установлен в музее истории города.

Убийство Григория Распутина в конце 1916 года вынудило государя отправиться из Могилева в Царское Село. После похорон он задержался там — дети болели корью. В феврале 1917-го Николай II вернулся в Ставку. И вскоре туда пришли сообщения о беспорядках в Петрограде. 28 февраля (по старому стилю) император решил выехать туда, но доехал лишь до станции Дно и далее — до Пскова. После подписания манифеста об отречении Романов вернулся в Могилев.

«На втором этаже нынешнего здания краеведческого музея он в последний раз встретился с чинами Ставки, солдатами Георгиевского батальона, конвойцами, — отметила Людмила Томчик. — Прощаясь с ними, сказал: «Польза родины и необходимость предотвращения ужасов междоусобицы и гражданской войны, а также возможность направить все силы для продолжения войны на фронте заставили меня отречься от престола… Призываю вас, господа, подчиниться Временному правительству и приложить все усилия для продолжения войны с Германией и Австро-Венгрией до победного конца».

К тому времени в Петрограде уже было решено бывшего самодержца арестовать и доставить в Царское Село… Но сделать это в Ставке не рискнули. В одном из залов краеведческого музея висит картина художника Леонида Кабачека: в вагоне царского поезда изображен Николай II с генералом Алексеевым, вручившим ему приказ Временного правительства об аресте экс-императора…

В июле 1918 года Николая Романова вместе супругой и детьми расстреляли в Екатеринбурге.

ПОСЛЕДНИЕ ДНИ ИМПЕРИИ

Сведения о начале Февральской революции в Петрограде дошли до Могилева с опозданием.

Первая телеграмма от командующего войсками Петроградского военного округа генерал-лейтенанта С.Хабалова поступила 25 февраля (по старому стилю) в 18.08: «Доношу, что 23 и 24 февраля, вследствие недостатка хлеба, на многих заводах возникла забастовка…» Николай вечером 25 февраля приказал Хабалову подавить беспорядки военной силой.

26 февраля в 22.40 в Ставке получили телеграмму председателя Госдумы М.Родзянко: «Всеподданнейше доношу Вашему Величеству, что народные волнения, начавшиеся в Петрограде, принимают стихийный характер и угрожающие размеры». Назавтра в телеграмме Родзянко уже звучали панические нотки: «Гражданская война началась и разгорается… Если движение перебросится в армию.., крушение России, а с ней и династии — неминуемо».

27 февраля в 19.22 военный министр Беляев сообщил в Ставку о практически поголовном переходе Петроградского гарнизона на сторону революции.

28 февраля в 5 утра царь отбыл из Могилева в Царское Село. В 15.00 ему доложили об окончательной капитуляции лояльных царю частей в Петрограде. На подходе царского поезда к Малой Вишере стало известно, что путь впереди захвачен восставшими солдатами. В 4.50 ночи 1 марта поезд развернулся обратно на Бологое и в 15.00 прибыл на станцию Дно.

2 марта после 14.00 начали поступать телеграммы от командующих фронтами в поддержку предложений об отставке императора. Около 15 часов царь принял решение об отречении в пользу сына при регентстве великого князя Михаила Александровича.

8 марта Николай в Могилеве попрощался с армией и вместе с семьей на автомобиле направился на железнодорожный вокзал.

Экс-император записал в своем дневнике: «Последний день в Могилеве. В 10 ч. подписал прощальный приказ по армиям. В 10 1/2 ч. пошел в дом дежурства, где простился со всеми чинами штаба и управлений. Дома прощался с офицерами и казаками конвоя и Сводного полка — сердце у меня чуть не разорвалось!.. В 4.45 уехал из Могилева, трогательная толпа людей провожала… Поехал на Оршу и Витебск. Погода морозная и ветреная. Тяжело, больно и тоскливо».

Геннадий Александров, ”Могилевская правда”