Доброта княгини Ирины и судьба кулацкой семьи. Листаем старый фотоальбом

Сворачиваю с улицы Хмельницкого на Горького и попадаю в деревенский рай, где буйно цветёт сирень, на солнце греются коты, изредка проезжают ма­шины. В одном из домов живёт бывший педагог Гомельского училища олимпий­ского резерва Маргарита Носова. Она пообещала показать старый семейный альбом, что хранит множество увлека­тельных историй о прошлом. Правда, самый ценный снимок, на котором запе­чатлён дед хозяйки дома, не сохранил­ся.
Портрет долгие годы висел на сте­не в дорогой дореволюционной раме. В годы войны, когда семья была в эваку­ации, мародёры ограбили дом, а един­ственное фото деда порвали. Зато со­хранились карточки прабабушки и пра­дедушки, отношения которых развива­лись на фоне переломных моментов в истории целой страны. Беда в день венчания

— Мои прабабушка и прадедушка были из бедных крестьянских семей, ко­торые жили в соседних домах в Волото­ве. Сейчас там выросли многоэтажные микрорайоны, а когда-то была деревня. Местные жители зарабатывали на пропи­тание тяжёлым трудом в поле. Когда Егор Фёдорович и Наталья Герасимовна реши­ли пожениться, ей едва исполнилось сем­надцать, а он был старше на девять лет. В день венчания произошла трагедия, кото­рую в семье пересказывают из поколения в поколение. Когда молодожёны выходи­ли из церкви, к ним подбежала женщина и плеснула в лицо кислотой. Прабабушка полностью ослепла, а прадедушка — на один глаз, — вспоминает услышанное в детстве Маргарита Носова.

Прабабушка Наталья Герасимовна Цвик. Примерно 1900 год.

Произошло это в 1860-х годах. Семей­ная легенда гласит, что изувечившей мо­лодожёнов ревнивицей была деревенская «солдатка», влюблённая в Егора Фёдоро­вича и питавшая надежды, что он на ней женится. Никто не знает, была ли вдова наказана за свой поступок, но разлучить влюблённых ей точно не удалось. В се­мье один за другим родились семеро де­тей. Правда, выжили из них только пять. В те времена на селе позволить себе вра­ча могли немногие, а уж бедняки тем бо­лее. Дети сгорали от обычной температу­ры и воспаления лёгких.

— Прабабушка Наталья была челове­ком удивительной доброты, готовым обо­греть весь мир. Пострадав от человече­ской злобы, ослепнув, она сохранила без­граничную любовь ко всему живому. Мог­ла всех накормить, а сама остаться голод­ной. Прабабушкин характер никому из детей не передался, зато моя племянница вся в неё, — рассказывает собеседница.

Первой в семье родилась дочь Аню­та. Это бабушка Маргариты Юрьевны. Она и помогла матери вырастить осталь­ных детей. Многим из них не дала уме­реть от голода. Когда приходилось совсем туго, Анюту отправляли во дворец к Па­скевичам с молоком. Тогда крестьяне из окрестных деревень постоянно прихо­дили в богатое гомельское имение про­дать на княжескую кухню муку, молоко, яйца, ягоды.

— Когда бабушка отправлялась во дво­рец, ей по такому случаю разрешали на­деть новые лапти. Слепая прабабушка выстирывала косыночку и чистенькую ей повязывала. Из Волотовы в парк ма­ленькая Аня шла пешком. Княгиню Ири­ну она никогда не видела. Но встречала много богато одетых по сравнению с кре­стьянами слуг. Таких бедняков, как Аню­та, всегда приходило очень много. Кня­гиня в беде никого не оставляла, покупа­ла принесённые продукты даже без на­добности. Видела уставших, пыльных, замученных людей и говорила управля­ющему: «Возьмите у всех». Толпились «продавцы» не у центрального входа, а сбоку, ближе к кухне или хозяйственной пристройке, — старается не упустить ни одной детали Маргарита Носова.

Входить во дворец крестьянам запре­щалось. Анюта же мечтала хоть одним глазком взглянуть, что там внутри. И вот однажды набралась смелости и вошла. Не с парадного входа, конечно, а с чёрно­го. Потом восторженно рассказывала до­машним, что особенно её поразили «рас­шитые бисером стены».

— Когда Анюта там стояла, откуда-то из боковой двери вышел мужчина в на­рядном камзоле. Увидел крестьянскую девочку, заткнул пальцами нос и произ­нёс: «Ой, навозом завоняло!». А потом убежал. Бабушка та-а-ак обиделась. Всю жизнь этот случай вспоминала и говори­ла: «От меня не могло навозом пахнуть, меня чисто одевали во дворец!», — вспо­минает ещё один эпизод из детства сво­ей родственницы Маргарита Юрьевна.

Продолжение читайте здесь.

07-06-2017