"Посмотрел, что женщина — ничего". Как живут на Дрибинщине, где более 10% голосов отдали за Короткевич

Евгений Джунусов едет на велосипеде по агрогородку Михеевка Дрибинского района Могилевской области. Он работает в местном коммунальном хозяйстве и выехал на вызов по поводу прорванной трубы. Мужчина залезает в канализационный люк и перекрывает там воду.

— За кого голосовали на выборах? — спрашиваем у Евгения.

— За кого же? За Лукашенко. Пускай будет мир, — доносится из канализационного люка.

Сегодня большинство жителей этой деревни, да и Дрибинского района, которых мы встретили на пути, в унисон говорят, что голосовали за действующего президента, и искренне удивляются, что у них Татьяна Короткевич набрала 10,4%. При этом ни она, ни представители ее штаба в этом районе во время президентской кампании не были.

Как живет белорусская глубинка, где, по данным Центризбиркома, кандидата-женщину, поддержали активнее, чем в других районах страны?

Людям в деревне нравится, но зарплаты не устраивают

Агрогородок Михеевка находится в семи километрах от городского поселка Дрибин. Сюда, как и в некоторые другие деревни района, переселяли людей после чернобыльской трагедии. По статистике 2010 года, в Михеевке живет более 800 человек. Здесь есть колхоз, детский сад, школа, как минимум четыре магазина, почта…

Знакомство с Дрибинским районом начинаем именно с этого агрогородка. Внешне он, несмотря на то, что находится почти на краю страны, создает впечатление вполне ухоженного населенного пункта: кирпичные, порой двухэтажные, дома, чистые улицы, асфальтированные дороги. Несколько построек заброшены, видно, что в них никто не живет, но на общем фоне они не так бросаются в глаза.

Поддержку Лукашенко местные здесь высказывают не только в голос, но в одном из гаражей даже висит портрет президента.

Арифметика такова, что из семи человек, с которыми довелось пообщаться в агрогородке, четверо голосовали именно за него, один на nbsp;выборы не ходил, а двое не захотели озвучить свои предпочтения.

Навстречу нам на велосипеде едет Евгений Джунусов, который представляется Женькой. Сюда с семьей он переехал в 1990 году из-за чернобыльского бедствия, до этого жил в Краснопольском районе. Михеевка носит негласное название поселка переселенцев, именно потому, что в те времена сюда людей перевозили колхозами. Колхоз же и строил для них дома.

Евгений говорит, что ему в жизни всего хватает, а в магазинах местных так вообще есть все, что душа пожелает, были бы деньги. Но с материальными ценностями тут проблема. Зарплата у него 2,5−2,6 миллиона, работает в местном коммунальном хозяйстве. Для счастья хватило бы пять-шесть миллионов, что, считай, практически в два раза больше нынешней зарплаты.

И если Евгений никуда уезжать из ставшей родной Михеевки не хочет, то его односельчане Александр и Владимир уверены, что из деревни нужно «утекать».

— Я на Россию езжу на заработки, только приехал, — говорит Александр, прикуривая сигарету. На вид ему около 30 лет.

— А чего дома не работаете?

— Надо просто утекать отсюда.

— Почему?

— Что тут делать? Платить не хотят.

По словам мужчины, зарплаты в местном колхозе низкие, он там поработал с месяц, получил деньги, с горя выпил и уехал в Россию. Там работает водителем и зарабатывает в переводе на белорусские рубли шесть-семь миллионов.

Людмила Костюченко уже на пенсии, но иногда помогает хозяйке местного частного магазина. В Беларусь она когда-то приехала из Латвии, муж у Людмилы военный.

Рассказывая о том, как живут люди в деревне, она тоже обращает внимание, что хорошо оплачиваемой работы в районе не хватает:

— Всех же в колхоз не возьмешь, многие ездят работать в Дрибин, но даже уборщицей порой и то мест нет. Когда я сюда ехала жить, слышала, что будут завод строить, что будет людям работа, а фактически-то ее нет.

К беседе подключается, зашедшая в магазин хормейстер школы Юлия Рудович. Здесь она отрабатывает распределение, сама родом из агрогородка Трилесино того же Дрибинского района. Как молодому специалисту, ей предоставили отдельную однокомнатную квартиру. Но оставаться после распределения в деревне девушка не планирует:

— В деревне хорошо в принципе, работа не сложная, но молодежь уезжает.

В городе по-белорусски чисто и аккуратно

Городской поселок Дрибин считается центром района. Визуально он мало чем отличается от любого белорусского местечка: все также чисто и аккуратно.

Дрибинский район — самый молодой в стране, активно заселять его начали переселенцами после аварии на Чернобыльской АЭС. Визитная карточка — валенки, их здесь делали издревле. Именно поэтому район называют страной шаповалов.

Сегодня в районе живут около 10 400 человек. Средняя зарплата по району 5 миллионов 660 тысяч рублей. По официальной статистике на учете по безработице состоят всего 36 человек, при этом каждый год появляются 65−75 рабочих мест. Около 60% молодых специалистов остаются после распределения жить в районе.

Больших предприятий на Дрибинщине нет, при этом есть шесть сельскохозяйственных производств, 21 фермерское хозяйство, которые преимущественно занимаются растениеводством.

Среди коммерческих фирм есть деревообрабатывающие, те, что делают пластиковые окна и двери, также работает швейное предприятие «Сурожен», которое выпускает местный бренд женской одежды Falbone.

Елена Сушкевич, директор «Сурожен», встречает нас на производстве. Сама она живет в Минске, но из Дрибина родом ее мать. Это предприятие — семейный бизнес.

С 2011 года здесь отшивали корсетные изделия для «Milavitsa», работали около 50 швей, зарплаты у передовиков производства доходили до пяти миллионов рублей. Такую сумму считают неплохим вариантом для райцентра. Но в конце 2014 года участок сократили.

Руководители предприятия решили не закрывать бизнес, а начали выпускать местный бренд женской одежды. Практически все, что отшили, летом и распродали. В линейке одежды было три платья, три туники и несколько видов маек. Продавали одежду в основном в магазинах Минска.

Сегодня, говорит Елена, они пытаются удержаться на плаву и заработать деньги. Поэтому подрядились делать заказ на корсетные изделия для белорусского бренда «Milady».

На предприятии работает около 15 человек. Швеи на сделке, при этом зарплата пока не доходит до трех миллионов рублей.

По словам Елены Сушкевич, их небольшой бизнес в районе поддерживают:

— Помощь есть — и она реальная. Помогают с арендой, у нас большое помещение. Небольшому количеству людей тяжело его поддерживать, поэтому арендуем его с минимальной ставкой. На выставки нас всегда приглашают, делают нам рекламу.

Директор предприятия говорит, что со временем жизнь в городском поселке изменилась в лучшую сторону, а в будущем она планирует переехать сюда жить.

В местном Доме быта торгуют индивидуальные предприниматели. Они соглашаются рассказать о жизни поселка и отмечают, что семьям с детьми здесь, возможно, и скучно. Чтобы как-то разнообразить жизнь ребенка, порой приходится ездить и в Могилев.

— Чего не хватает? — переспрашивает одна из предпринимателей. — Не хватает хороших учреждений с рабочими местами, предприятий почти нет никаких.

Разговор перетекает в русло предпринимательской доли: говорят, что издержки бизнеса большие, а покупателей и дохода практически нет.

— А каких перемен вы ждете? — спрашиваем.

— Ждем, что что-нибудь в этом государстве поменяется: чтобы законодательство улучшилось, чтобы можно было в России и Казахстане закупать товар без документов (сертификатов качества. — Прим. TUT.BY).

Голосовал за Короткевич, потому что «женщина — ничего, молодая»

Дрибинский район недавно попал в новости: здесь 10,4% избирателей проголосовали за Татьяну Короткевич. Это больше всего по сравнению с другими районами страны. За Александра Лукашенко здесь проголосовали 82,1%, Сергея Гайдукевича — 1,36%, Николая Улаховича — 1,09%, против всех — 4%.

В выборах участвовало 95,8% избирателей. Около 40% проголосовали досрочно. Всего в районе голосовать могли 8 264 человек.

Местный активист Андрей Юрков — возможно, в Дрибине последний из могикан, кто открыто поддерживает демократические силы и ездит на машине с бело-красно-белым флагом в салоне. Он работает главным специалистом по маркетингу в учебно-опытном хозяйстве государственной сельскохозяйственной академии.

По его мнению, Короткевич в их районе мог поддержать протестный электорат, который еще не привык голосовать против всех. С другой стороны, ему кажется, что могли это сделать и переселенцы, которых когда-то перевезли в район, а с работой в поселках, по его словам, дела обстоят не так уж и хорошо.

Председатель районной избирательной комиссии Владимир Хозяев работает на выборах президента впервые. Он не знает наверняка, почему в их районе более 10% избирателей поддержали Короткевич, которая к ним даже не приезжала. Но уверен, что политического контекста в этом нет. Предполагает, что такой процент кандидат набрала потому, что впервые баллотировалась женщина. Возможно, по его мнению, сработало и то, что выборы проходили в преддверии Дня матери.

Владимир Хозяев вспомнил случай, когда уже после выборов шел по поселку и встретил знакомого. Тот сказал, что проголосовал за Короткевич, потому что «посмотрел, что женщина — ничего, молодая».

Собеседник рассказывает, что выборы в районе прошли без нарушений. При этом присутствовали как долгосрочные, так и краткосрочные международные наблюдатели. Это значит, что долгосрочные приезжали в район несколько раз, в том числе были на тренинге, который проводила районная комиссия с избирательными комиссиями. В общем, наблюдатели были из Норвегии, Германии, Испании, от СНГ.

На протяжении дня в Дрибинском районе среди всех собеседников TUT.BY не оказалось никого, кто бы сказал, что проголосовал за Короткевич. Некоторые не называли своего кандидата, но большинство опрошенных поддержали Лукашенко.

— Я на выборы не ходил, — неожиданно говорит 67-летний пенсионер Павел Константинович, который копошится в гараже. Фамилию он просит не указывать.

О себе он рассказывает, что почти всю жизнь проработал инженером в колхозе, сейчас получает пенсию в три миллиона рублей, а хотел бы получать «половину депутатской пенсии».

Пенсионер отмечает, что с программами кандидатов детально ознакомиться не удалось, а если бы они «не вылезали с экрана телевизора», тогда было бы ясно, за кого голосовать.

— Если бы люди не боялись выдвигаться… А те, кто хотел выдвинуться, их сразу задвинули, — рассуждает пенсионер и называет фамилии возможных кандидатов, за которых бы он мог проголосовать (в том числе экс-директора МТЗ Михаила Леонова и претендента в кандидаты в президенты на выборах 2001 года Михаила Маринича).

— Вы очень осведомленный пенсионер, — замечаем мы.

— Обыкновенный, дитя своего общества.

Наталья Костюкевич. Фото: Вадим Замировский. TUT.BY