Жительница Ошмянского района отказалась от карьерных перспектив и стала фермером

Жительница деревни Повишни Ошмянского района Татьяна Снежко с легкостью обменяла карьерные перспективы по специальности на нелегкую жизнь сельского фермера и ни разу не пожалела об этом.

– Посмотрите, это моя земля, – легко преодолевая на своем внедорожнике  размокшие от ноябрьских ливней дороги, показывает окрестности Татьяна Александровна. – Тридцать семь гектаров. Мы ее не пашем – используем под пастбища и сенокосы.

Несколько лет назад, когда только получили землю, посеяли на ней зерновые. А пришло время убирать – полтора месяца не могли дождаться комбайна. Теперь комбайн у нас свой, но ни зерновые, ни пропашные уже не садим. Сено или со своих угодий, или покупаем в деревнях у людей, картошку и корнеплоды – у частных хозяев или у фермеров. А вот комбикорма – в магазине.
Татьяна и ее муж Олег не прижились в Гродно и уехали на малую родину, на Ошмянщину. Татьяна, окончив музыкальное училище, сначала работала в пригородной ошмянской Буденовке воспитателем в школе-интернате, затем художественным руководителем в местном Доме культуры. А десять лет назад, когда в семье появился первенец Ильюша, решила заняться домашним хозяйством.
– Начинали с одной коровы, вот этой. Ромашка, иди сюда, –  ласково подзывает свою любимицу Татьяна, и корова отзывается на ее голос, подходит и трется о бок.

Впрочем, так ласково, даже с умилением, она рассказывает о каждой из своих буренок – Малышке и Букетке, Белле и Малютке. Каждая из них для нее не просто способ получить прибыль, а «подружка», с каждой связана конкретная история.

 – Вот эта, рыженькая, год назад сломала ключицу. Ветеринара вызвали, он корову осмотрел и посоветовал лучше сдать ее на мясокомбинат, лечение дорогое и может неэффективным оказаться. Мы и повезли ее на сдачу. Но мясокомбинат в этот день скот не принимал. Решили: это знак того, что надо оставить корову. Выходили ее, вылечили, теперь она потомство дает и удои неплохие.

Фермером Татьяна становиться не собиралась. Увеличивалась семья, и Снежко расширяли домашнее хозяйство, чтобы обеспечить детей. Тогда в семье подрастал не только старший Ильюша, но и две дочери – Настя и Милана. А под сердцем Татьяна уже носила Алешку.
– У нас в домашнем хозяйстве было тогда уже двенадцать коров, а  кроме них – козы, овцы, лошадь, свиньи, птица, кролики. Но самое главное – коровы, помещений для них не хватало. И я обратилась в райисполком, чтобы разрешили купить старую колхозную ферму. Там мне предложили зарегистрировать крестьянское фермерское хозяйство. Так три года назад я стала главой фермерского хозяйства «Снежко». Сейчас, кроме мужа, у меня три нанятых работника.

Теперь в фермерском хозяйстве 33 дойные коровы, молодняк крупного рогатого скота, тридцать взрослых дойных коз и более ста овец. А на личном подворье фермеров – кролики, утки, куры, свиньи, детская лошадка Машка и ее «жених» Кузя. Машка уже ожидает потомство.
– Семья большая, кормить всех надо, поэтому и хозяйство большое, работаем от зари до зари. 
В семье Снежко сейчас подрастает пятеро детей, и самая маленькая, двухлетняя Маша, всеобщая любимица. Никто из детей Снежко в детский сад не ходит.

– Зачем, когда бабушки у нас на пенсии. Обе живут близко.

Встретиться с необычайно талантливыми и музыкально одаренными – в маму – детьми Снежко мне не удалось: у старших, Ильюши и Насти, начались осенние каникулы, а потому они вместе с младшими Миланой, Алешей и Машей были «разбросаны» по бабушкам и соберутся всей семьей только вечером.
Не удалось мне встретиться и с Олегом, мужем Татьяны Александровны. Его рабочий день расписан по минутам, дел у него, как и каждый день, было много.

– Жаль, –  искренне посочувствовала мне фермерша. – Познакомились бы, увидели, что это за человек. Работящий, добрый, умный. С ним никакие трудности не страшны. Таких мужчин на свете – единицы.
Впрочем, на трудности Татьяна Снежко не пожаловалась ни разу. Пообщаться с ней – сплошного позитива набраться. И земля им досталась хорошая – рядом с домом и  островок леса есть, в жару коровы там от палящего солнца прятались. И проблем с приобретением племенного скота нет и никогда не было.
– А коровок мы растим от своих отелов да покупаем в деревнях у населения. При  уходе и хорошей кормежке любая коровка молока дает много, – считает Татьяна Снежко.

Поголовье постоянно растет, и ему уже стало тесно в старом здании фермы. Скот ночует и в стойлах на ферме, и в домашнем хлеву, и даже в пристройке к домашнему погребу. Козы и овцы на ночь заполняют проходы в коровнике.
Временно. Потому что уже строится новая ферма для крупного рогатого скота. Конечно, строительство идет не столь быстрыми темпами, и к первому снегу, как ни старались, поставить скот под крышу не успели. Ведь доступ к кредитным ресурсам для фермера ограничен, приходится обходиться своими средствами. 
Молоко – единственная продукция фермерского хозяйства, которая пока приносит стабильную прибыль. Только принимают его по закупочной цене, установленной для владельцев частных подворий. Хотя у фермера и технологии доения используются прогрессивные, и холодильник Снежко недавно приобрели, и все молоко поступает на переработку охлажденным.
Овцы пока в прибыльные статьи не включаются – самок Татьяна оставляет для размножения, а баранов режет на мясо для своей семьи. А вот шкуры и шерсть овец приходится попросту закапывать – реализовать их негде.

Хотя отечественные кожевенные заводы загружены сырьем только на 60 процентов, в основном импортным. А с остриженной шерстью вообще проблема – негде ее ни расчесать, ни спрясть. Хотя спрос на чистошерстяную пряжу сегодня велик.
Еще одну проблему обозначилаТатьяна Снежко: сегодня фермеру трудно найти работника, который бы ответственно относился к работе. Потому основная работа – на семье.
– Летом приходится за полночь ложиться и вставать в четыре утра – коров три раза доим. Но ничего, справляемся, все успеваем, – улыбается Татьяна.
Наталия ВОЛЫНЕЦ