«Епископ мира» вышел на свободу. Разговор о скандально известной Литовке, ВИЧ-статусе и вере

Почти год назад в скандально известной усадьбе в Литовке, что под Новогрудком, задержали «епископа мира» и ксендза старокатолической церкви Дмитрия Бондаря. Мужчина обвинялся по статье «Заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ». Суд проходил за закрытыми дверями. Все время, пока шло следствие (а это почти 7 месяцев), Дмитрий находился под стражей. Он получил полтора года лишения свободы и отбывал наказание в ИК-2 в Бобруйске. Неделю назад Дмитрий вышел на свободу.

Помните необычную фэнтези-усадьбу в Литовке? Новогрудский бизнесмен и меценат Сергей Коваль построил ее в 2017 году. Особенность дома была в том, что двери в нем не закрывались для любого желающего круглые сутки. Посетить достопримечательность можно было совершенно бесплатно. В ноябре прошлого года она закрылась — после скандала с «епископом мира» Дмитрием Бондарем, которого задержали в «доме для всех». В новогоднюю ночь покончил жизнь самоубийством Коваль. Усадьба снова открылась в конце августа этого года, сейчас, чтобы попасть на территорию, надо заплатить за входной билет.

…Мы встречаемся с Дмитрием Бондарем у него дома на окраине Новогрудка. Рядом с жилыми помещениями — капличка, где мужчина проводит службы. Говорит, что сейчас служит мессы только для себя.

— Своего рода психотерапия, — улыбается мужчина и добавляет, что если сюда кто-то придет помолиться, возражать не будет. В сакристии, помещении сбоку от главного зала, висит облачение священника, в капличке — все атрибуты храма: алтарь, иконы и кресты.

Дмитрий пока привыкает к жизни «на воле» и думает, что делать дальше. Худой, совсем не эпатажный, немного растерянный, он много шутит, смеется, сыплет цитатами философов и рассуждает на вечные темы религии, жизни и смерти.

Дмитрия обвиняли в заведомом поставлении другого лица в опасность заражения ВИЧ — и именно за это он отсидел. Получается, мужчина не предупреждал своих партнеров, что ВИЧ-инфицирован?

— Предупреждал, конечно. Парень, который написал на меня заявление, прекрасно знал, что я ВИЧ-инфицированный. Мы вместе жили, у нас был разговор об этом. Ну и не знать о моей болезни было нельзя: я принимаю кучу препаратов. Вот они стоят на кухне. Следователи нашли всех моих предыдущих партнеров, якобы потерпевших. Многое, о чем они говорили на суде, я озвучить не могу: это личная информация, и поэтому судебные заседания проходили в закрытом режиме. Однако все они просили судью меня не наказывать и претензий ко мне не имели. Правозащитная организация «Люди+», которая поддерживала меня в то время, предоставила все мои анализы и собрала много документов. У меня положительный неопределяемый статус. Я даже гипотетически заразить никого не могу. Единственный путь — это переливание крови. Но мою кровь никому не переливали. Я тогда сидел на суде, слушал все это и думал: «Ну все, меня должны сейчас отпустить», — но нет. Пришлось заехать в ИК-2 в Бобруйске.

— Вину свою признали?

— Отчасти. Вернее, не так. Я признавал факты и в некотором роде свою вину. Осужден я по закону. Факт остается фактом. С этим не поспоришь. Формально — правильно, а как по сути — сказать не могу. Знаю, что сейчас эта статья пересмотрена. И теперь, если потерпевший не имеет претензий по первой части, то уголовной ответственности нет. Если бы эти поправки вступили в силу чуть раньше, то меня бы отпустили, но уже как есть.

— Были слухи, что Сергей Коваль якобы тоже был заражен ВИЧ — и очень переживал, поэтому через несколько месяцев после вашего задержания покончил жизнь самоубийством.

— Когда в чатах или еще где-то возникли эти слухи, следователи проверяли данную версию. Однако никакого заболевания у него не было. Мы были лучшими друзьями. Он для меня был братом, отцом, если хотите, но никак не партнером. Он стал первым человеком, которому я четыре года назад рассказал о своем заболевании.

— Были ли какие-то причины у Сергея для самоубийства?

— Он всегда был жизнерадостным человеком, живчиком, сплошной энергией. Никогда у него не было мыслей про самоубийство. Мы веселились, что-то делали, любили просто жить, путешествовали. Но чужая душа — потемки, и что с ним творилось в последние месяцы — я не знаю, меня же рядом не было, увы. О его смерти мне рассказали только на третий день. Моих однокамерников предупредили: едет адвокат сообщать плохие новости, мол, смотрите, чтобы и он ничего не сделал с собой… Я не был на его похоронах, поэтому для меня он где-то рядом, просто вот уехал. Так легче.

— Уже были в Литовке после освобождения?

— Да. Заплатил за вход, как все, но через 10 минут меня попросили на выход. Заметил, что в книге предсказаний, которую мы писали в Литовке и которую назвали «Последняя книга человечества», нет листов с моими записями. Нет вроде бы и таблички на картине, которую я рисовал. Я попросил вернуть мои личные вещи, мне сказали, что они были выброшены, однако все на своих местах. Погладил кошку Катю. С ней все хорошо. Литовка, несмотря ни на что, продолжает жить.

Про веру и старокатоличество

Дмитрий Бондарь стал известен благодаря своей страничке в инстаграме. В своих многочисленных интервью он рассказывал, что является ксендзом старокатолической церкви, носил рясу католического священника и достаточно нестандартно рассуждал о религии и вере. По словам мужчины, он проводил службы в старокатолической часовне Святого Мартина в Новогрудке. В новогрудской общине этого религиозного направления насчитывается около 25 человек.

Несколько лет назад митрополит Виталий рукоположил Дмитрия в священники. С 2013 года общину приняли в старокатолическую церковь в Польше. Однако в феврале 2018 года курия Гродненской католической епархии выступила с заявлением о том, что Дмитрий не входит в священнический штат и не имеет никакого отношения к Римско-католической церкви.

Старокатоличество (старокатолицизм) — часть поместных (то есть отдельных) церквей, которые возникли в 1870 году, когда часть духовенства и прихожан римско-католической церкви не приняли решение Первого Ватиканского собора о догмате непогрешимости папы римского и догмате о непорочном зачатии Пресвятой Богородицы. Первоначально старокатолическое движение выступало за каноническое устройство церкви, сейчас же у разных приходов могут быть разные взгляды на религию и веру. Например, в некоторых старокатолических церквах служить священниками могут женщины, также есть церкви, где благословляют однополые браки.

— Крестили меня в православной церкви, потом с бабушкой я ходил в баптистскую церковь, потом лет в 14 я решил, что хочу стать католиком. Я тогда был ребенком и шел туда, где мне больше нравилось. Понравилось в костеле. Уже потом с осознанием себя, с осмысливанием каких-то учений и течений, ты сам начинаешь выбирать свой путь. Так я дошел до старокатоличества. Если все другие конфессии выбирали меня, то эту выбрал я сам. В старокатоличестве священника выбирает паства — люди собираются и говорят, мол хотим, чтобы вот этот человек стал ксендзом. Епископ с этим соглашается. Собственно, так произошло со мной.

— Кто же ваша паства?

— Это все мои друзья. Меня благословили в Москве и выдали декрет на деятельность. Изначально все это было однозначно не на публику. Еще до все этой шумихи в интернете я уже был священником. Служил тихонечно сам для себя. А потом появилась популярность, когда люди стали приезжать в Литовку, где я проводил аудиенции (служб там никогда не было, я их проводил только в часовне и то в частном порядке), разговаривал с людьми. Так все и началось, но изначально оно было направлено куда-то внутрь себя. Притом, когда все это начиналось, я был руководителем госорганизации.

— Как это соединялось?

— Легко. Я закончил торгово-экономический колледж и пришел работать бухгалтером в БРСМ, потом стал вторым секретарем, потом первым в районе. Затем стал руководителем новогрудского «Киновидеопроката». При этом, я считаю, что был хорошим руководителем — мы подняли кинотеатр, организовали ночной клуб, поставили точки с попкорном и с премьерами стартовали вместе с Минском, Москвой и Гродно. В свою веру и религию я никого не вербовал, никому ничего не проповедовал. Я стал священником для себя. Прошел дистанционно обучение в Варшавской теологической академии.

Мой образ, который кто-то считал эпатажным, — это всего лишь образ. Мы сами вкладываем свой смысл и в одежду, и в свои образы, и в свою жизнь. Кому-то и Литовка, и мой образ нравился, кому-то нет. Кто-то так воспринимает реальность, кто-то по-другому. Да, я священник. У меня есть все документы. Конечно, не епископ, хотя вот это словосочетание «епископ мира», наверное, многих смущает. Ну так это, если переводить дословно — блюститель мира. Это вовсе не о сане священника, а о внутреннем состоянии — состоянии покоя. А в общем, я всегда хотел быть священником.

Фото: instagram.com/sacerdoss/ Фото: instagram.com/sacerdoss/

— Почему закончилась ваша карьера в «Киновидеопрокате»?

— Случилось уголовное дело по статье «Служебный подлог». Я был на отдыхе, не успевал приехать, заполнил документы задним числом. Факт был, получил штраф в 300 базовых величин. Уволился. А потом случилась Литовка. А дальше вы все сами знаете.