Неподсудна, или Водитель без головы

В российском Ханты-Мансийском автоном­ном округе траур: в ДТП на трассе Ханты- Мансийск — Тюмень погибли десять детей. За жизнь ещё двенадцати до сих пор ведут борьбу нейрохирурги и врачи-реаниматологи. В при­чинах происшедшего разбираются следствен­ные органы, благо водители столкнувшихся транспортных средств особо не пострадали. А теперь представьте ситуацию: проходит вре­мя, следствие заканчивается, и правоохрани­тели выносят вердикт — в случившейся тра­гедии виновных нет. И в качестве аргумента­ции подобного решения ссылаются на то, что водители не имели технической возможности избежать столкновения. Потому что погодные условия не позволяли: метель, крайне плохая видимость, неровная дорога…

Не торопитесь восклицать «Чушь, так не бывает!». Бывает! И подтверждение тому — опубликованное в сегодняшнем номере нашей газеты интервью с Оксаной Патреевой, мамой школьницы Насти Юрченко. Которая, напом­ню, два года назад примерно в эти дни находи­лась между жизнью и смертью, попав под колё­са автомобиля на улице Быховской. В интер­вью Оксана Владимировна лишь вскользь упо­минает о том, что официально в свалившемся на семью горе никто не виноват. Хотя видно, что тема эта ей далеко не безразлична, обида и недоумение до сих пор не дают ей покоя. Но два года сплошных преодолений научили её держать себя в руках. Хотя в глазах всё равно читается немой вопрос: за что такая неспра­ведливость?

Я не сотрудник, тем более не следователь. Все материалы дела мне неизвестны. Но хоро­шо известна Быховская. Не самая оживлённая даже в часы пик городская улица, достаточно широкая для того, чтобы при желании мож­но было избежать наезда на пешехода. «Не было технической возможности» — это как? Не о горном серпантине, в конце концов, речь идёт, где слева — скала, справа — обрыв поч­ти отвесный. Был у нас такой на «северах», «Тёщин язык» назывался. Но и там нехилые «Магирусы» с неповоротливыми «Банзаями»- лесовозами как-то разъезжаться умудрялись. Учитывая это обстоятельство, мне на ум при­ходят только две версии: сидевшая за рулём женщина или просто на дорогу не смотрела, или свою «Хёндай Атос» пожалела. В послед­нее, правда, слабо верится. Ну не хочется думать, хоть убей, что мать двоих детей меж­ду жизнью и здоровьем чужого ребёнка и сво­ей жестяной скорлупой на колёсах в критиче­ской ситуации выбрала железяку. Значит, про­явила невнимательность, тем более что в сало­не находилась не одна. И это не вина?

И кромешная темнота на улице здесь ни при чём. Штрих к происшедшему, не больше. Пото­му что с каких это пор движение по неосве­щённым улицам у нас стало считаться ездой в сложных условиях? На дороге, даже на просё­лочной, условия всегда сложные. И любой, кто садится за руль, обязан предусмотреть все воз­можные опасности и неожиданности. И при­нять меры для их предотвращения. Вплоть до полной остановки! А тут, как свидетельству­ют очевидцы, автомобиль перед ударом даже не затормозил.

Не хочу никого ни в чём подозревать, тем более обвинять. Не хочу даже рассуждать на темы морали. Дескать, есть суд людской, а есть суд совести. Коль человек, пусть и не преднамеренно лишивший здоровья друго­го, за эти годы копейки не перечислил, что­бы поучаствовать в судьбе пострадавшей от её действий девчонки, взывать к совести бес­полезно. Мне другое интересно: недавно в Бобруйске сотрудники ГАИ остановили води­теля, у которого не было одной руки. Права за него получал брат. Недолго думая, одноруко­го бедолагу, ничего не совершившего, кроме подлога, приговорили к штрафу и году лише­ния свободы условно. Выходит, без руки у нас ездить нельзя. А без головы можно?