Ежи Гоффман: «Я бы предпочел, чтобы мне исполнилось 28»

15 марта всемирно известный польский режиссер и сценарист отмечает 80-летний юбилей.

Ежи Гоффман родился в 1932 году в семье врачей. В 1940 году был депортирован в Сибирь, откуда вернулся только после Второй мировой войны. Окончил ВГИК. Дебютировал в 1955 г. совместно с Эдвардом Скужевским на поприще документального кино. Творческий дуэт создал 27 документальных фильмов, которые были удостоены многочисленных международных наград.

«Документальные фильмы стали для нас школой польской действительности и, конечно же, школой мастерства. База документального опыта научила нас обращать внимание на реалии, детали, заботиться о том, будет ли зритель верить в подлинность показанных событий», - признался Гоффман.

Совместным дебютом в игровом кино стал фильм 1964 года «Гангстеры и филантропы». Картина состоит из двух сатирических новелл с одинаковым финалом: и «гангстеры», и «филантропы» оказываются в зале суда. Первая история повествует о том, как был создан план идеального ограбления, который с треском провалился. Вторая новелла перекликается с гоголевским «Ревизором»: неудачника-химика в ресторане принимаются за инспектора, проверяющего качество спиртного.

В сотрудничестве со Скужевским Гоффман поставил еще несколько фильмов. Однако настоящей мечтой режиссера была экранизация исторической трилогии Генрика Сенкевича. В 1969 году после двух лет упорной работы в прокат вышел первый фильм, снятый Гоффманом, и хронологически завершающая часть трилогии - «Пан Володыевский».

«Книги Сенкевича с фронта в Сибирь присылал мне отец, и они сыграли огромную роль в моей жизни. Забавно, что, как и мои фильмы по трилогии Сенкевича, книги тоже приходили в обратном порядке. Первым я получил «Пана Володыевского», потом «Потоп». «Огнем и мечом» цензура не пропустила. Этот роман я прочел только по возвращении в Польшу», - говорил Ежи Гоффман.

«Я столько раз перечитывал эти книги, что выучил их наизусть. К тому же то, что я прочитал в Сибири, наложилось в моем сознании на великолепные пейзажи тайги», - отмечал режиссер.

Еще до выхода на экран, благодаря широкому обсуждению в прессе, «Пан Володыевский» стал событием в культурной жизни и собрал рекордное количество зрителей. Спустя пять лет экранизация романа Сенкевича «Потоп» также была высоко оценена критикой и публикой и даже была номинирована на «Оскар» как «Лучший фильм на иностранном языке», однако уступил «Амаркорду» Федерико Феллини.

«Я думаю, зрители охотно смотрели эти фильмы потому, что там есть красивая любовь, чистота чувств, к которой люди сознательно или чаще подсознательно, но всегда стремятся. Потому что каждый где-то в глубине души мечтает о том, чтобы быть красивее внутренне, хотя бы внутренне, считает Гоффман. - Ну и главное, там проявляется то, что стало абсолютным дефицитом к концу прошлого века, а сейчас вовсе превратилось в понятие сугубо литературное. Я имею в виду достоинство, честь».

Завершить работу над трилогией удалось в 1999 г., когда был экранизирован роман «Огнем и мечом».

Одним из известнейших фильмов Гоффмана на постсоветском пространстве стала экранизация романа Тадеуша Доленги-Мостовича «Знахарь» о гениальном хирурге, потерявшем память. Картина занимает 43-е место по посещаемости среди зарубежных фильмов в советском кинопрокате. К слову, в этом году фильму исполняется 30 лет.

В 2000-х Гоффман вернулся к документальному кино и начал работу над фильмом «Украина - становление нации», в основу которого положены материалы, собранные режиссером лично.

А совсем недавно Ежи Гоффман представил первую польскую картинку, снятую в 3D. Лента под названием «Варшавская битва. 1920» повествует в решающем сражении Гражданской войны, в котором конная армия красного командарма Тухачевского была разгромлена войсками независимой буржуазной Польши под командованием Пилсудского.

«Фильм антисоветский, но не антирусской, потому что это было бы вопреки моим личным убеждениям, отметил Гоффман. - Все эпизоды, которые связаны с Красной армией, заимствованы или от Бабеля, или от Шолохова, или от Алексея Толстого. Все - из советской литературы! Кстати, там помимо красных вождей - Ленина, Троцкого, Сталина - есть и нормальные белые казаки, и благородная русская женщина. Они - положительные герои».

Пока о дальнейших творческих планах режиссер не сообщает, а по поводу юбилея говорит: «Я бы, конечно, предпочел, чтобы мне исполнилось 28. Но это невозможно. Но если это невозможно, то что об этом говорить. А вообще я оптимист».