Мартин Скорсезе: «Самое трудное - сохранить истинную простоту»

Его называют культовым режиссером и одним из лучших представителей школы реализма американского кинематографа. В его фильмографии такие картины, как «Таксист», «Отступники», «Остров проклятых». А в 2011 году Скорсезе удивил всех, представив приключенческий фильм «Хранитель времени».

• «Должен сказать, у меня довольно паршивое настроение. И так уже лет 40».

• «Я мало с кем вижусь. Больше всего я люблю запереться в просмотровой и просто смотреть кино».

• «Я параноик и больше не хожу по улицам. Хотя раньше много гулял».

• «Я злюсь не только на каких-то людей или на систему. Я злюсь и на себя тоже. И так всегда. По той или иной причине, но я всегда в плохом настроении. И ничего не могу с этим сделать. В работу всегда идет какое-то количество злости. Может быть, с возрастом ее становится меньше, но все равно хватает. Поэтому у меня в фильмах так много юмора. Приходится, потому что все кругом абсурдно. Я сам человек абсурдный».

• «Я не различаю право и лево. На площадке, когда я говорю: «Хочу, чтобы этот человек стал левее», - я должен коснуться плеча, иначе обязательно перепутаю. Кроме того, я отчасти дислексик. Когда я говорю «госпиталь»... Вот видите, я хотел сказать «отель». В общем, когда я хочу сказать про отель, я произношу: «Почему бы нам не отправить его обратно в госпиталь».

• «Я бывший католик. Но я все-таки католик - от этого не избавишься».

• «Становясь старше, время от времени ты должен выбирать, с кем сражаться. В молодости ты воюешь со всеми. Ты как боец на ринге, дерешься со всяким, кто бы ни вошел. С возрастом приходится осознавать: подожди-ка, это не стоит потраченных сил, потерпи, пока не начнется монтаж».

• «Мне кажется, что любой чуткий человек должен понимать, что насилие не может изменить мир, а если и меняет, то только временно».

• Оливер Стоун (режиссер - прим. автора) меня как-то спросил: «Чего ты хочешь добиться в кино?» Мы друг друга подкалывали, он меня так провоцировал. И я имел наглость сказать: «Я надеюсь, что мои фильмы оставят какой-то след». Он только рассмеялся: «Ты снимаешь кино, чтобы оставить след?» На самом деле он имел в виду: «Тебе надо срочно что-то делать со своими амбициями».

• «Кино удовлетворяет извечную потребность коллективного бессознательного - потребность людей в общих воспоминаниях».

• «Мне интересно изображать два контрастных мира: привычный, внешний, и скрытый, как в «Злых улицах», «Славных парнях» или «Казино». Чем больше город, тем активнее действуют в нем преступные группировки. К тому же американцы всегда любили изображать гангстеров трагическими героями. Сегодня это принесло плоды, и не только в Америке, но и по всему миру».

• «Когда я снимал «Авиатора», задумался о том, что сама идея авиации очень сильно изменилась. Сейчас даже слова такого больше нет - «авиатор». Нет этого романтического образа человека в развивающемся белом шарфе. Наверное, сейчас его место заняли астронавты. Сам я панически боюсь летать».

• «Самое трудное - сохранить истинную простоту».

• «Конечно, приятно читать про себя, что ты величайший из ныне живущих американских режиссеров, но я научился не воспринимать это всерьез. Нельзя быть слишком надменным, тогда все начинает валиться из рук. А если говорить про кино, то есть множество людей, которые снимают отличные фильмы».

• «Я считаю большой ошибкой ставшие модными утверждения о том, что 3D - это трюк, хитрый прием. Вы должны понять, что когда перед режиссером впервые начинает вырисовываться образ будущего фильма, то он понимает: зрители захотят получить звук, цвет, большой экран, глубину».

• «При встрече со Скорсезе вы ожидаете увидеть яростного матадора, а видите поэта, который изображает бой быков. Марти невероятно беспокоится о людях: если у тебя приключилась беда, он обязательно поговорит с тобой и подойдет к этому со всей ответственностью и состраданием, на какую он только способен» (Бен Кингсли).

• «Скорсезе начисто лишен высокомерия и самовлюбленности. Он с энтузиазмом он подхватывает любую идею (о фильме «Хранитель времени»), неважно, какой бы рискованной и безумной она ни была. Как-то я сказал ему, что было бы забавно, если моему герою случайно переедет ногу несущийся поезд. Мартин, не задумываясь, ответил: «Давай попробуем!» (Саша Барон Коэн).