Медовый, лимонный, вишневый, гранатовый. Как и где в Беларуси добывают уникальный янтарь

Белорусский солнечный камень достают из болота вблизи деревни Баранцы Жабинковского района Брестской области. Здесь расположена одна из 22-х разведанных в прошлые годы залежей на Гатча-Осовском янтаропроявлении. По геологоразведочным данным, на пилотном участке, где ведется пробная эксплуатация, покоится до 2,5 тонн ценной окаменевшей смолы.

От Баранцов до залежи № 2 примерно 10 минут пути по бездорожью. Самый сложный участок — последние 500 метров до болота. Здесь приходится либо идти пешком, либо ехать на списанном пожарном «Газ-66». Рабочие говорят, что может проехать и «Нива» — но это не точно. Рядом — узкоколейная железная дорога, которая ведет из ниоткуда в никуда. Она здесь на перспективу: если «янтарь попрет».

«Шишига» останавливается возле будки охранника. У самодельного причала стоит моторная лодка. Судно по болоту доставляет рабочих и геологов к платформе, на которой идет пробная добыча белорусского солнечного камня. Раньше здесь орудовали лишь черные копатели, сейчас — фирма-подрядчик.

Площадь залежи, на которой ведется пробная эксплуатация, — 19 800 кв. м. На пилотном участке Гатча-Осовского болотного массива выявлены и разведаны 22 залежи. По проекту в них — 2,5 тонны янтаря. В разрабатываемой залежи № 2 запасы составляют 345 кг.

— Глубина залегания янтаря по проекту — до четырех метров. По результатам нашей геологоразведки — до шести метров. Условия сложные — это все-таки болото. Залежь неравномерная, крайне не выдержана по простиранию и по глубине. Есть пустые места, есть площади, в которых высокая концентрация. Это свидетельствует о том, что это четвертичные отложения — янтарь пришел сюда с ледниками и осел в болотах. Это крайне сложное месторождение. Концентрации янтаря на тонну вмещающей породы колеблются: вот здесь, например, 100 граммов янтаря на тонну, а через пять метров уже может быть 0 граммов на тонну, — объясняет директор ООО «Белгеопоиск» Олег Пивоварчик.

Насос — итальянский, понтоны — военные, кабина от комбайна

С представителями фирмы-подрядчика мы садимся в лодку и отправляемся к платформе. Внешне она напоминает огромный комбайн-амфибию, который по кабину увяз в болоте. В передней части располагается пульт управления итальянским глубинным насосом за 50 тысяч евро. Сзади — ковш для разрыхления торфа.

— Установка создавалась на базе погружного насоса Dragflow, Италия. Для отделения песка от крупной фракции и сортировки янтаря покупались сетки. Силовая установка УЭС 2250 (комбайн — TUT.BY) производства «Гомсельмаш». Понтоны — военные. В кучу все это приходилось собирать самим и налаживать, чтобы работало, — вспоминает представитель фирмы-подрядчика Павел Бальцевич.

Насос опускается на глубину и засасывает янтароносную породу. Затем масса подается по пульпопроводу на сито с четырехмиллиметровым зазором.

— Все, что меньше четырех миллиметров: песок, вода — уходит. Остальное — попадает на конвейерную ленту, где проходит ручная переборка. В этой залежи мы по проектно-сметной документации должны перемыть 56 тысяч кубических метров породы. Фракция янтароносной породы более 4 мм составляет примерно 20%. Геологи перебирают торф вместе с рабочими и отбирают янтарь. Мы много способов перепробовали, но только этот позволил существенно увеличить производительность, — объяснил Олег Анатольевич.

Геологи на залежи работают вахтовым методом: две недели через две. В конце рабочего дня они забирают с платформы добытые камни, отвозят в сторожевой вагончик, где помещают их в прозрачный пакет и опечатывают. Затем их отправят специалистам в Минск на экспертизу и оценку.

— Мы отбираем пробы, фиксируем глубину залегания, в каких породах. Затем наша геологическая информация заносится в журналы, документируется и будет использована при утверждении запасов. Пока мы производим опытную эксплуатацию залежи с целью оценки перспективы промышленной добычи янтаря, — рассказал старший геолог ООО «Белгеопоиск» Алексей Анисько.

«Наш камень очень плотный. Калининградский — прозрачный»

За последние восемь дней работы удалось собрать 18 прозрачных пакетов с янтарем. Общий вес добытого — 13 кг. Самая крупная фракция — 10 сантиметров в поперечине и примерно 100 граммов веса. Как отмечают специалисты, на рынке такой экземпляр может стоить более 1000 долларов.

— Можно сказать, что мы в историю вошли. Первый янтарь был поменьше, а потом фракции крупнее пошли, — рассказал Алексей Анисько. — У нашего янтаря очень разнообразная цветовая гамма в отличие от калининградского. У них в основном медового цвета, а у нас — от медового до лимонного, вишневого, гранатового цвета. Разнообразные оттенки и цвета очень ценятся в ювелирной промышленности.

В подтверждение слов старшего геолога представитель инвестора Владимир Маюк взял янтарь и просветил его фонариком:

— Наш камень очень плотный. Калининградский — прозрачный. У нас без трещин, сколов и полностью просвечивается. Посмотри, какой цвет. У нас есть темный цвет, гранатовый, есть даже с белым вкраплением. В камне есть свои особенности. Он более разноцветный — больше подходит для ювелирных изделий.

В Беларуси янтарные месторождения не коренные, а четвертичные, подчеркивает Алексей Анисько. Солнечный камень к нам занесло ледниками.

— До сих пор ученые спорят, откуда их принесло: с территории современной Украины или Калининградской области.

«Разрабатывается вариант использования белорусского янтаря для ювелирной промышленности»

Пока задача белорусских специалистов — провести пробную добычу и определить. насколько наши местопроявления пригодны для таких работ.

— Для того чтобы понимать целесообразность добычи, нужно провести геологоразведку, чтобы понять извлекаемость янтаря из породы и сделать экономическо-геологическую оценку. Определить, нужна промышленная добыча или же добыча артельным способом — то есть мелкими площадями отрабатывать залежи. Кроме того, нужно понять, что за янтарь у нас в Беларуси — какой у него размер, сортность, структура, — рассказал Олег Пивоварчик.

Весь собранный материал будет передан экспертам на оценку.

— Задачи расширения таких работ могут выполняться, когда будет определена экономическая целесообразность добычи. Но уже даже эти образцы показывают, что у Беларуси есть ценное сырье. Сейчас нужно решить вопросы его качества, стоимости и реализации. А еще — проблему создания в стране единой системы, которая позволила бы добывать это сырье и реализовывать, — говорит заместитель гендиректора Белзарубежторга Андрей Ковхуто.